Цитаты 95
Если единственное «преступление» евреев – мужчин, женщин и детей – состояло в том, что они – евреи, то им, скорее всего, приходилось страдать повсюду, где ступил эсэсовский сапожище.
Однако большинство офицеров концлагерной охраны хотели Третий рейх пережить. Они, вполне вероятно, могли говорить о героическом самопожертвовании в духе японских камикадзе, но в конечном итоге всеми силами пытались спасти собственную шкуру. Так же поступила и основная масса лагерных охранников. В оставшихся лагерях, которые в последние дни существования рейха продолжали функционировать, они заняли позицию невмешательства, строя планы бегства от наступающего противника. И когда подходящий момент настал, они переоделись в штатское и быстро скрылись. Аналогичным образом попытались избежать плена охранники, сопровождавшие последние транспорты смерти. Если у них не оказывалось под рукой гражданской одежды, они натягивали арестантские робы.
Естественно, и жен эсэсовских охранников влекла в Освенцим материальная выгода – немногим из них выпало жить в такой роскоши. И так было не только в Освенциме, но и в любом другом концлагере на территории оккупированной нацистами Восточной Европы. В конце 1970-х вдова бывшего коменданта лагеря Плашув Гёта с великой грустью вспоминала о своей жизни в статусе супруги коменданта – нет, нет, все эти преступления, несомненно, ужасны, но «какие чудесные были времена», увы, они миновали: «Мой Гёт был королем, а я – королевой. Кому не хотелось бы оказаться на нашем месте?» Не отстает от нее и фрау Хёсс, которая тоже чувствовала себя настолько счастливой, что оставалась в Освенциме вместе с детьми, даже когда ее мужа осенью 1943 года перевели в Ораниенбург в Главное административно-хозяйственное управление СС-D (ранее Инспекция лагерей). Ее расточительность подпитывалась за счет поставок СС и убитых в Бжезинке евреев. Ее платяной шкаф был забит одеждой и обувью убитых в лагере женщин, а в кладовой хранились запасы сахара, муки, шоколада, мяса, колбас, молока и всего, чего угодно. Когда в конце 1944 года подошло время спешно убраться из роскошной комендантской виллы в связи с приближением советских войск, семье Хёсс понадобилось несколько грузовиков для транспортировки награбленного в безопасное место. Разумеется, они были не единственными ворюгами среди лагерных эсэсовцев – паутина коррупции покрывала все концентрационные лагеря на оккупированных территориях Восточной Европы.
Жизнь семей эсэсовских охранников была неотделима от лагеря. Еда, мебель, одежда и даже игрушки появлялись из лагерной зоны Освенцима, как и заключенные, используемые в качестве слуг и работников. Жены и дети эсэсовских охранников присутствовали и на официальных публичных мероприятиях, таких как празднование Рождества, посещение кинозалов и спектаклей кукольного театра. Что касается творимых в лагере преступлений, зловонный дым крематория Бжезинка (Биркенау) «висел над всем районом», как отмечал Хёсс позже. По вечерам, когда эсэсовцы возвращались домой, от их форменной одежды и обуви разило лагерным смрадом распада и смерти. Родственники охранников допускались даже на территорию лагерной зоны Освенцима, хотя официально это запрещалось. Но эсэсовцы регулярно показывали подвластные им участки своим женам или подружкам, вероятно, чтобы удовлетворить их любопытство. Члены семей охранников пользовались медицинскими учреждениями СС на территории лагеря – один лазарет располагался прямо напротив старого крематория, другой – вблизи так называемого цыганского лагеря. Заключенные в таких случаях служили объектами развлечения. Летом 1944 года лагерфюрер Бжезинки Иоганн Шварцхубер заставил советских заключенных плясать у электропроводов лагерного ограждения, желая таким образом повеселить жену и детей, наблюдавших с другой стороны. Дети некоторых охранников заходили на территорию лагерной зоны, несмотря на попытки матерей оградить их от созерцания зверств. Надо сказать, что подобные визиты стали настолько частым явлением, что в июле 1943 года решил вмешаться сам комендант Хёсс, запретивший появление детей лагерных охранников на территории зоны для заключенных и любые контакты с узниками как недопустимые с точки зрения морали.
Иными словами, правда о лагере была известна семьям эсэсовских охранников Освенцима. Впрочем, это не мешало их женам поддерживать мужей и благоденствовать в отведенной для них комфортабельной резервации. И потом, пусть хотя и неофициально, но подобная поддержка была идеологически обусловлена. Некоторые жены эсэсовцев были пылкими последовательницами нацистского мировоззрения. И будущая фрау Хёсс познакомилась со своим супругом на митинге крайне правых в 1920-х годах. Часть жен охранников, возможно, и относились к заключенным скорее гуманно, но так или иначе своей поддержкой мужей потворствовали их преступлениям, втихомолку или же открыто. Выступая в роли жен эсэсовцев, они, пытаясь создать подобие человеческих условий в этом богом забытом краю, вольно или невольно становились соучастницами творимых злодеяний.
Заключенные, которых избрали для работы в лагерной зондеркоманде, вскоре поняли, что выбирать им приходилось между повиновением и смертью. Некоторые предпочли смерть, покончив жизнь самоубийством. Других отказавшихся убили за неповиновение. Когда пятеро заключенных-евреев, сославшись на плохое самочувствие, попросились после первого дня работы в крематории в лагерный лазарет, это произошло примерно в 1943 году, эсэсовцы, долго не раздумывая, их убили. Даже незначительные огрехи могли повлечь за собой летальный исход; по крайней мере, один заключенный («дантист») был сожжен эсэсовцами заживо за саботаж – он по недосмотру не вырвал у трупа один-единственный золотой зуб. Большинство заключенных выбирало жизнь и работу в зондеркомандах, то есть полное подчинение эсэсовцам, хотя бы на какое-то время. В тайных записках Соломон Левенталь выразил муки рабочего лагерной зондеркоманды в одной фразе отчаяния: «Правда такова, что человек стремится любой ценой выжить, каждый хочет выжить, все на свете хотят выжить».
Согласие работать в лагерной зондеркоманде Бжезинки (Биркенау) в обмен на жизнь было самой страшной из дилемм, перед которой мог оказаться заключенный Освенцима. Что за жизнь была ему уготована среди мертвецов? Некоторые сумели убедить себя, приучить себя к страданиям, выработать в себе равнодушие или даже жестокость, сосредоточить все помыслы исключительно на привилегиях и материальных благах. Другие болезненно переживали эрозию души и искали спасения в пьянстве. И дело было даже не в неизбежных атрибутах, присущих любой бойне – мольбах обреченных на гибель, воплях, грудах безжизненных тел, крови, – их не покидало глубокое чувство вины, осознание того, что эсэсовские охранники и их сумели превратить в соучастников преступлений, в грешников, в людей, лишенных, по словам Примо Леви, даже возможности обрести «утешение в невиновности». Но некоторые не утратили способность творить добро, проявлять мужество, если требовалось. Поскольку работники лагерных зондеркоманд уже не рассчитывали вырваться из этого ада живыми, некоторые из них решили документировать творимые преступления, свидетелями которых они были, руководимые осознанием того, что никто из обычных заключенных не был допущен в нацистскую преисподнюю. Документирование преступлений требовало бесстрашия, чувства коллективизма и изобретательности. Огромный риск, на который шли члены лагерных зондеркоманд, был оправдан – заключенные были движимы стремлением донести голос до будущих поколений. Девять различных документов, захороненных на территории «фабрики смерти» Бжезинка (Биркенау), были восстановлены после освобождения лагеря. Среди них было и краткое сообщение одного из последних выживших заключенных зондеркоманды – кого именно, узнать так и не представилось возможным, – датированное 26 ноября 1944 года. Будучи уверенным в собственной гибели, этот узник успел добавить заключительное примечание к нескольким другим, которые он спрятал ранее в коробках около крематориев II и III. В конце сообщения он написал: «Прошу объединить все обнаруженное и издать под названием «Кошмар преступлений».
В этой земле до сих пор находят осколки костей. Крематорий не справлялся с огромным количеством трупов, хотя построили два комплекса печей. Сжигали плохо, оставались фрагменты тел - прах закапывали в ямах вокруг концлагеря. Прошло 72 года, но грибники в лесу часто наталкиваются на куски черепов с глазницами, кости рук или ног, раздробленные пальцы - не говоря уже об истлевших обрывках полосатой «робы» заключённых. Концентра-ционный лагерь Штуттгоф (в полусотне километров от города Гданьска) был основан 2 сентября 1939 г. - на следующий день после начала Второй мировой войны, а его узники освобождены Красной армией 9 мая 1945 г. Главное, чем «прославился» Штуттгоф, так это «экспериментами» врачей СС, которые, используя людей как подопытных кроликов, варили мыло из человеческого жира. Брусок этого мыла потом использовался на Нюрнбергском процессе как пример изуверства нацистов. Сейчас отдельные историки (не только в Польше, но и в других странах) высказываются: это «военный фольклор», фантазии, такого не могло быть.
Мыло из заключённых
Музейный комплекс Штутт-гоф принимает 100 тыс. посетителей в год. Для просмотра доступны бараки, вышки для пулемётчиков СС, крематорий и газовая камера: небольшая, примерно на 30 человек. Помещение построили осенью 1944 г., до этого «справлялись» привычными методами - тиф, изнурительная работа, голод. Сотрудница музея, проводя меня по бараку, рассказывает: в среднем продолжительность жизни обитателей Штуттгофа составляла 3 месяца. Как свидетельствуют архивные документы, одна из женщин-заключённых перед смертью весила 19 кг. За стеклом я неожиданно вижу крупные деревянные башмаки, словно из средневековой сказки. Спрашиваю: что это? Оказывается, охрана отбирала у узников ботинки и взамен выдавала вот такую «обувь», стирающую ноги до кровавых мозолей. Зимой заключённые работали в той же «робе», полагалась лишь лёгкая накидка - многие умирали от переохлаждения. Считалось, что в лагере погибло 85 000 человек, но в последнее время историки ЕС проводят переоценки: число умерших заключённых снизили до 65 000.
В 2006 г. Институт национальной памяти Польши провёл анализ того самого мыла, представленного на Нюрнбергском процессе, - говорит экскурсовод Данута Охоцка . - Вопреки ожиданиям результаты подтвердились - оно действительно изготовлено нацистским профессором Рудольфом Шпаннером из человеческого жира. Однако сейчас исследователи в Польше утверждают: нет точного подтверждения, что мыло делали конкретно из тел заключённых Штуттгофа. Возможно, для производства использовались трупы умерших от естественных причин бездомных, доставленных с улиц Гданьска. Профессор Шпаннер и вправду посещал Штуттгоф в разное время, но производство «мыла мертвецов» не осуществлялось в промышленных масштабах.
Газовая камера и крематорий в концлагере Штуттгоф. Фото: Commons.wikimedia.org / Hans Weingartz
«С людей снимали кожу»
Институт национальной памяти Польши - та самая «славная» организация, которая ратует за снос всех памятников советским солдатам, и в этом случае ситуация вышла трагикомичной. Чиновники специально заказали анализ мыла, дабы получить доказательство «лжи советской пропаганды» в Нюрнберге, - а вышло наоборот. Насчёт промышленных масштабов - Шпаннер изготовил до 100 кг мыла из «человеческого материала» в период 1943-1944 гг. и, по свидетельствам его работников, неоднократно выезжал в Штуттгоф за «сырьём». Польский следователь Тувья Фридман издал книгу, где описал впечатления от лаборатории Шпаннера после освобождения Гданьска: «У нас было чувство, что мы побывали в аду. Одна комната была заполнена обнажёнными трупами. Другая уставлена досками, на которых была натянута кожа, снятая со многих людей. Почти сразу же обнаружили печь, в которой немцы экспериментировали в изготовлении мыла, используя человеческий жир как сырьё. Несколько брусков этого «мыла» лежали поблизо-сти». Сотрудник музея показывает мне больницу, использовавшуюся для опытов врачей СС, - сюда помещали относительно здоровых узников под формальным предлогом «лечения». Доктор Карл Клауберг выезжал в Штуттгоф в краткие командировки из Освенцима для стерилизации женщин, а штурмбаннфюрер СС Карл Вернет из Бухенвальда вырезал людям гланды и язык, заменяя на искусственные органы. Результаты Вернета не удовлетворили - жертв экспериментов умертвили в газовой камере. В музее концлагеря нет экспонатов по поводу изуверской деятельности Клауберга, Вернета и Шпаннера - они «имеют мало документальных доказательств». Хотя во время Нюрнбергского процесса было продемонстрировано то самое «человеческое мыло» из Штутт-гофа и озвучены показания десятков свидетелей.
«Культурные» нацисты
Я обращаю ваше внимание, что освобождению Штутт-гофа советскими войсками 9 мая 1945 г. у нас посвящена целая экспозиция, - говорит доктор Марцин Овсиньский , руководитель исследовательского отдела музея. - Отмечается - это было именно освобождение узников, а не замена одной оккупации на другую, как сейчас модно говорить. Люди радовались приходу Красной армии. Относительно же опытов СС в конц-лагере - заверяю вас, тут нет никакой политики. Мы работаем с документальными доказательствами, а большинство бумаг было уничтожено немцами при отступлении из Штуттгофа. Если они появятся, мы моментально внесём изменения в выставку.
В кинозале музея демонст-рируют фильм о вступлении Красной армии в Штуттгоф - архив-ная съёмка. Замечается, что к этому времени в концлагере осталось только 200 исто-щённых узников и «некоторых потом Н-КВД отправил в Сибирь». Никаких подтверждений, никаких имён - но ложка дёгтя портит бочку мёда: явно есть цель - показать, что освободители-то были не такие уж хорошие. На крематории табличка на польском: «Благодарим Красную армию за наше освобождение». Она старая, ещё с прежних времён. Советские солдаты, среди которых и мой прадед (похороненный в польской земле), избавили Польшу от десятков «фабрик смерти» вроде Штутт-гофа, опутавших страну смертельной сетью печей и газовых камер, но сейчас значение их побед пытаются принизить. Дескать, зверства докторов СС не подтверждены, людей в лагерях погибло меньше и вообще - преступления оккупантов преувеличены. Причём заявляет это Польша, где нацисты уничтожили пятую часть всего населения. Честно говоря, хочется вызвать «скорую помощь», чтобы польских политиков отвезли в психушку.
Как сказал публицист из Варшавы Мачей Вишневский : «Мы ещё доживём до того времени, когда заявят: гитлеровцы были культурным народом, строили в Польше больницы и школы, а войну развязал Советский С-оюз». Я бы не хотел дожить до этих времён. Но почему-то мне кажется, что они не за горами.© 2015 by Nikolaus Wachsmann
© «Центрполиграф», 2017
Заметит ли мир хоть каплю, толику того трагического мира, в котором мы жили?
Из письма Залмана Градовского от 6 сентября 1944 года, найденного после освобождения, во фляге, зарытой на территории крематория Освенцим-Бжезинка
Еще не наступил полдень. Американские части сил союзников, стремительно продвигавшихся по Германии, готовясь сокрушить последние остатки Третьего рейха , приближались к одиноко стоящему на рельсах товарному составу в районе огромного объекта СС под Мюнхеном. Подойдя ближе, солдаты увидели нечто ужасное: вагоны заполнены трупами, их наверняка не меньше 2 тысяч. Это мужчины, женщины и даже дети. Исхудалые, искривленные, изувеченные, окровавленные конечности сцепились между собой среди соломы, тряпья, экскрементов. Несколько солдат, с посеревшими от потрясения лицами, отвернулись, разрыдались, кое-кого вырвало. «Это вызвало у нас страшную тошноту, мы просто обезумели, единственное, на что были способны, – так это сжать кулаки», – писал на следующий день один из офицеров. Потрясенные солдаты по мере продвижения в эсэсовский лагерь одну за другой обнаруживали группы узников – их было около 32 тысяч. Эти 32 тысячи, люди самых разных национальностей, народностей, религиозных и политических убеждений, уцелели, выжили, – граждане почти 30 европейских стран. Шатаясь, еле двигаясь, они брели навстречу своим избавителям. А многие так и лежали в переполненных, грязных и зловонных бараках, не в силах выбраться. Взоры солдат повсюду натыкались на трупы – бездыханные тела лежали между бараками, ими были завалены канавы, подле лагерного крематория трупы были сложены будто бревна. Ну а тех, кто повинен во всем этом смертоубийстве, здесь давно уже не было, они успели унести ноги, в своем большинстве это кадровые офицеры СС. В лагере осталась лишь горстка подонков из нижних чинов охраны, от силы пара сотен . Картины этого ужаса вскоре облетели весь мир, впечатались в коллективное сознание. И по сей день концентрационные лагеря, такие как Дахау, нередко воспринимают по кинокадрам, сделанным освободителями: все те же, ставшие знакомыми миллионам траншеи, заполненные телами, горы трупов и костей, изможденные лица оставшихся в живых, глядящие в камеры. Но какое бы сильнейшее впечатление ни производили эти фильмы, они, однако, не в состоянии поведать нам все о Дахау. Ибо у этого лагеря история долгая и ее последний, адский круг завершился только под последние залпы Второй мировой войны .
Заключенные поднимаются затемно, и так каждое утро. Никто из них пока что не знает, что на следующий день вспыхнет Вторая мировая война, но она их не затронет никак, все так и будут следовать обычному лагерному распорядку. После безумной давки – первым добежать до уборной, потом наскоро проглотить пайку хлеба, потом уборка бараков, – печатая шаг, узники уже следуют на лагерную площадь на построение для переклички. Почти 4 тысячи человек в полосатой арестантской форме, коротко или наголо остриженные, застыв по стойке смирно, со страхом дожидались начала очередного изнурительного дня. За исключением группы чехов, все здесь немцы или австрийцы, хотя нередко единственное, что их друг с другом связывает, – так это язык. Разноцветные треугольники на полосатой форме служат здесь знаками различия – политических заключенных, асоциальных элементов, преступников, гомосексуалистов, свидетелей Иеговы или же евреев. Позади выстроившихся в ряд заключенных тоже рядами расположились одноэтажные бараки. Каждый из 34 специально сооруженных для содержания заключенных барак имел около 35 метров в длину. Внутри надраенные полы, аккуратнейшим образом заправленные койки. Побег практически невозможен: барачный сектор – 200 метров в длину и 100 в ширину – окружен рвом и бетонной стеной, сторожевыми вышками с пулеметчиками и оцеплен колючей проволокой, по которой пропущен ток высокого напряжения. За ограждениями – огромная зона СС с более чем 220 зданиями, включая складские помещения, цеха, жилые помещения и даже бассейн. Она предназначена примерно для 3 тысяч человек эсэсовцев-охранников из подразделения добровольцев, объединенных общей идеей – пропускать заключенных через прекрасно отлаженную систему издевательств и пыток. Смертельные случаи здесь относительно редки – но в августе четырех узников не стало. Маловато, конечно, чтобы подумывать о строительстве крематория, пока что насущной необходимости в нем у эсэсовцев нет . Пока СС ограничиваются лагерями как средством управляемого террора, а не убийства – огромное отличие от разнузданной вакханалии смерти последних дней весны 1945 года, впрочем, как и от убогих первых попыток превратить Дахау в концлагерь весной 1933 года.
Первый лагерный день близится к концу. Холодный вечер пару месяцев спустя после назначения рейхсканцлером Адольфа Гитлера, проторившего Германии путь к нацистской диктатуре. Только что доставленные заключенные (им даже не успели выдать лагерную робу) ужинают хлебом с колбасой, запивая их чаем, в здании бывшего заводоуправления фабрики по производству боеприпасов. Здание за несколько дней наспех приспособили под импровизированный лагерь, отгородив его от фабричного пустыря с разваливающимися корпусами, грудами щебенки и запущенными проездами. Всего здесь 100, может, 120 политических заключенных, в основном местных коммунистов из Мюнхена. Когда их совсем недавно привезли сюда на открытых грузовиках, охранники – 54 крепких субъекта – объявили, что всех арестованных будут «содержать под стражей для обеспечения их же безопасности». Нелегко было тогдашним немцам понять, что сие означало. Но – как бы то ни было – пока что все было вполне переносимо: охранники не из нацистских штурмовиков, а дружелюбно настроенные полицейские: запросто болтают с заключенными, раздают им сигареты и даже спят в одном и том же здании. На следующий день заключенный Эрвин Кан написал длинное письмо жене, чтобы рассказать, что все в Дахау хорошо. И еда, и обращение, хотя он ждет не дождется, когда же его выпустят. «Интересно, сколько еще все это продлится». Несколько недель спустя Кан был убит, застрелен эсэсовцами, принявшими от полиции охранные функции заключенных. Он был одним из первых почти 40 тысяч узников Дахау, погибших там начиная с весны 1933 года и по весну 1945 года .
Три дня Дахау, три разных мира. Всего лишь за 12 лет лагерь изменился до неузнаваемости. Менялись заключенные, охранники, условия пребывания – казалось, решительно все стало другим. Совершенно по-другому выглядела и территория лагеря – в конце 1930-х годов старые фабричные здания снесли, заменив их на сборно-щитовые бараки. Кто-либо из побывавших здесь весной 1933 года теперь не узнал бы ничего . Итак, почему все-таки Дахау столь разительно переменился с марта 1933 года? Почему он подвергался непрерывным изменениям вплоть до катастрофического завершения Второй мировой войны? Что это означало для его заключенных? Что было известно об этом лагере людям на воле? Ответы на эти и другие вопросы следует искать в сердце нацистской диктатуры, и расспрашивать нужно не только о Дахау, а о системе концентрационных лагерей в целом .
Известный историк, профессор Бирбек-колледжа Лондонского университета Николаус Вахсман исследовал и представил полную историю нацистских концентрационных лагерей с 1933 по 1945 год.
"История нацистских концлагерей" основана на подлинных документальных материалах о лагерях Освенцим, Дахау, Заксенхаузен, Бухенвальд, Маутхаузен, Флоссенбюрг, Равенсбрюк и многих других (двадцать два крупных лагеря и более тысячи лагерей-спутников опутали Германию и Европу), автор представил историю создания, цели, принципы, структуру и систему управления этой чудовищной человеконенавистнической машиной по уничтожению людей, обратив особое внимание на невероятные по жестокости условия содержания в них узников.
Заключая свой колоссальный труд, автор высказывает мысль о том, что "система концлагерей была великим извратителем ценностей, является историей бесчеловечных мутаций совести, сделавших нормой насилие, пытки и убийства". И настаивает: современный мир не имеет права об этом забывать.
В приложении приведены данные о заключенных лагерей, начиная с 1935 по 1945 год.
Глава 1. ПЕРВЫЕ ЛАГЕРЯ
Кровавая весна и лето
Координация
Открытый террор
Глава 2. ЛАГЕРНАЯ СИСТЕМА СС
Постоянство перемен
Эсэсовские лагеря
Миры заключенных
Глава 3. РАСШИРЕНИЕ
Социальные аутсайдеры
Принудительный труд
Евреи
Глава 4. ВОЙНА
Концлагеря СС во время войны
Путь к погибели
Шкала страданий
Глава 5. МАССОВОЕ УНИЧТОЖЕНИЕ
Убийство физически слабых
Уничтожение советских военнопленных
Смертоносные утопии
Глава 6. ХОЛОКОСТ
Освенцим и нацистское "окончательное решение
еврейского вопроса"
"Фабрики смерти"
Геноцид и система концлагерей
Глава 7. ANUS MUNDI
Заключенные-евреи на Востоке
Эсэсовская рутина
Грабеж и коррупция
Глава 8. ЭКОНОМИКА И УНИЧТОЖЕНИЕ
Освальд Поль и Главное административно-хозяйственное управление СС
Рабский труд
"Подопытные кролики"
Глава 9. КОНЦЛАГЕРЯ ПОВСЮДУ
Агония
Филиалы концлагерей
Внешний мир
Глава 10. ОТСУТСТВИЕ ВЫБОРА
Общность по принуждению
Капо
Неповиновение
Глава 11. СМЕРТЬ ИЛИ СВОБОДА
Начало конца
Апокалипсис
Последние недели
ПРИЛОЖЕНИЯ
Динамика численности заключенных в концлагерях СС, 1934-1945 гг.
Количество умерших в концлагерях СС заключенных
Примечания
Сокращения
Источники
Благодарность
978-5-227-07301-3
Книга «История нацистских концлагерей» есть в наличии в интернет-магазине «Митра». Если вы находитесь в Москве или Санкт-Петербурге, то можете купить книгу «История нацистских концлагерей» по доступной цене, оформив заказ и выбрав удобный способ его получения: доставка курьером или самовывоз. Если вы живете в другом регионе России или за рубежом - мы отправим вам заказ почтой. Приятных покупок!
Вскоре после окончания Второй мировой войны в советской оккупационной зоне было организовано несколько спецлагерей, куда были помещены предполагаемые противники коммунистического режима. В ход пошли и лагеря, созданные еще нацистами.
С мая 1945 г. на советской территории оккупации было создано около 40 спецлагерей по принципу ГУЛАГа в СССР.
В них содержались и военные преступники, но большинство составляли люди, которые были зачастую схвачены прямо на улице, не имея возможности никому из родных или знакомых сообщить о своем аресте. Многие из них были увезены в ГУЛАГ, но было и немало тех, кто не смог выжить в советских лагерях на немецкой территории. Это были как немцы, так и выходцы из бывшего СССР — русские, украинцы, белорусы, а также поляки, венгры, австрийцы, литовцы, эстонцы и представители многих других национальностей.
Тем, что мы вообще знаем о бесчинствах МГБ в послевоенной Германии, мы обязаны в первую очередь поискам возникшей в 1948 году по инициативе немецкого правозащитника Райнера Хильдебрандта так называемой «Боевой группы против бесчеловечности», которая информировала об арестах и чудовищных условиях содержания в лагерях как родственников арестованных, так и общественность в западных секторах Германии.
В конце 1950-х годов группа передала Немецкому Красному Кресту 900 тысяч карточек с персональными данными исчезнувших людей.
Приказом от 18 апреля 1945 г. №315, подписанным генерал-полковником Серовым, создано 10 спецлагерей, причём, на базе бывших лагерей нацистов.
№1. Мюльберг под Ризой (1945-1948)
№2. Бухенвальд под Веймаром (1945-1950)
№3. Хохеншонхаузен в Берлине (1945-1946)
№4. Баутцен (1945-1950; с 1948 №3)
№5. Кетчендорф под Фюрстенвальде (1945-1947)
№6. Ямлитц под Либерозе (1945-1947)
№7. Заксенхаузен под Ораниенбургом (1945-1950,№7/№ 1)
№8. Торгау (1945-1947)
№9. Фюнфайхен под Нойбрандебургом (1945-1948)
№10. Торгау (1946-1948)
Из 190 тысяч заключённых умерла треть, около 43 тысяч человек было отправлено в СССР, 786 человек казнены после быстрых судов, длившихся не более 5 минут.
Какие люди попадали люди в лагеря?
Разные и члены нацисткой партии, проходящие службу в СС солдаты и офицеры, просто неугодные властям и даже дети, состоявшие в рядах молодёжных нацистских организациях. Судопроизводство велось на русском языке и поэтому часто людей сажали из-за языкового барьера.Так, например, слово фюрер часто присутствует в разных профессиях. Например эсбанфюрер — "водитель"-машинист поезда городского метро. Назвавший свою профессию человек тут же угодил за решётку.
В лагерях сидел и Йоахим Эрнст, участник антигитлеровского заговора генералов 1944 года. Эрнста посчитали заодно антикоммунистом. Он умер в лагере.
Общеизвестная история мужского нацистского концлагеря Бухенвальд не заканчивается апрелем 1945 года, когда лагерь был освобожден восставшими заключенными и наступающими американскими войсками. За американцами появились советские войска, и Тюрингия отошла к советской зоне.После передачи территории Бухенвальда СССР, 22 августа 1945 года Бухенвальд был переименован в "Специальный лагерь НКВД №2." для интернированных. До окончательной ликвидации лагеря в 1950 году, в нём погибло более 7000 узников.
Концлагерь просуществовал здесь до 1950 года. В этом лагере уже были и женщины.
Согласно советским архивным данным, в 1945—1950 годах через лагерь прошло 28 тыс. 455 заключённых, из них 7 тыс. 113 были там замучены.
В ГДР существование Спецлагеря №2 замалчивалось, и только в 1990 году документы были обнародованы.
В 1995 году на месте массовых захоронений были установлены стелы с номерами погибших заключенных. Затем была открыта постоянно действующая экспозиция, раскрывающая историю Бухенвальда с 1945 по 1950 год.
До начала августа 1945 г. в лагере Заксенхаузен на окраине г. Ораниенбурга дислоцировался советский репатриационный лагерь №229, через который прошли тысячи советских граждан - бывших военнопленных и "восточных рабочих". В августе 1945 г. лагерь был расформирован, а его территория передана в НКВД. До марта 1950 г. в Заксенхаузене располагался спецлагерь НКВД/МВД №7/1.В знаменитом на весь мир концлагере Заксенхаузен открыт новый музей: "Советский спецлагерь N7/N1 (1945-1950). Это был самый большой из системы спецлагерей НКВД-МВД-МГБ на территории советской зоны оккупации.
По мнению заключённых их страдания были не меньше, чем муки узников нацизма в Заксенхаузене.
В первое время даже вывеска над воротами в лагере "Работа освобождает" оставалась неизменной, после нацистов.
Спецлагерь N7 занимал около 15% территории бывшего концлагеря. Через нацистский лагерь за период его существования прошло около 200 тыс. человек, из которых погибла половина. Значительная часть погибших была расстреляна или убита газом.
Цифры "спецлагеря N7/N1" тоже впечатляют: 60 тыс. заключенных, за пять лет не меньше 12 тысяч из них погибло. В основном от голода, болезней и эпидемий, расстреливали в исключительных случаях. Первоначально лагерь был "фильтрационным", потом быстро превратился в "стационарный".
В 1948 г. после реорганизации системы в советской зоне оккупации, когда были ликвидированы семь из десяти лагерей, лагерь получил другой номер — 3. В 1950 г. Заксенхаузен был ликвидирован, часть заключенных отправили в Сибирь, часть перевели в восточногерманские тюрьмы, большинство же по рассмотрении дел, окончании срока или амнистии отправилось по домам.
Контингент заключённых был разнообразен. Примерно 30 тысяч шло по статье "бывший нацистский функционер" или "попутчик". 16 тысяч (в основном немцев) было осуждено советскими военными трибуналами (среди немецкого контингента около 15% были членами НСДАП).
В лагере находилось еще 7,5 тыс. иностранцев, из них около 3,5 тыс. власовцев и прочих граждан СССР, осужденных за "измену родине" или коллаборационизм, к которому часто они вообще отношения не имели.
Но вообще-то сидели все: бывшие эсэсовцы, офицеры Вермахта, руководители немецких фирм, антикоммунисты, социал-демократы и христианские демократы, уголовники и, конечно, люди, случайно попавшие под молот НКВД, обвиненные в шпионаже или других преступлениях против режима, — в том числе старики, женщины и дети. Контингент по своей разношерстности примерно напоминает заключенных советских лагерей.
Особенно поражает история про так называемую организацию "Оборотень". В 1947 году в небольшом тюрингском городке Гройсен были обнаружены листовки антисоветского содержания, подписанные "Оборотень". Проведенное чекистами расследование выявило группу молодежи и подростков, в скором времени отловленную и арестованную. 38 человек были осуждены, из них один приговорен к расстрелу. 37 были отправлены в заключение, в том числе в Заксенхаузен. 14 выжили.
